Екатерина Евменьева, сооснователь арт-fashion-галереи SUCCUB | INCUB
Стильный привет, мои модные Дорогие. Мы находимся в преддверии самых волшебных праздников, которых с нетерпением ждут не только дети, но и взрослые, – это Новый год и Рождество! В каждом из нас ярки воспоминания о детстве, и особенно нам дороги воспоминания новогодних празднований: хоровод возле новогодней ёлочки, яркие костюмы и маски на лицах детей и взрослых… Вряд ли мы тогда задумывались об истории возникновения новогодних карнавальных костюмов.
Прародителем маскарада является ежегодный праздник в честь бога Сатурна, который проходил в Риме. В средневековой Европе, несмотря на суровость церковных установок, маскарады были частым событием. Основными атрибутами празднеств были костюмы и маски, призванные скрыть социальные различия и всех уравнять на время праздника.
А как стоял вопрос в России? На Руси славянские народы отмечали Новый год не зимой, а весной – в день равноденствия. Праздник приходился на период 10–20 марта. Считалось, что в это время на смену холодам и морозам приходят тёплые весенние деньки, олицетворяя молодость и процветание. С появлением христианства на Руси Новый год сдвинулся на 1 сентября, но весенние традиции сохранились – сейчас в это время мы отмечаем Масленицу. Праздник был связан с завершением полевых работ. Считалось, что к Новому году необходимо завершить все сельские работы и значимые дела, а различные документы и указы, наоборот, начинали подписывать только с 1 сентября. Именно эта дата празднования была выбрана московским митрополитом в 1342 году в соответствии с юлианским календарём. Но жители на Руси не восприняли этот указ. Только в 1492 году Русская православная церковь официально утвердила празднование Нового года на 1 сентября и установила уже знакомый нам календарь на 12 месяцев.
Всем известную дату с 31 декабря на 1 января ввёл Пётр I в конце декабря 1699 года. Костюмированные праздники, как и многие другие европейские развлечения, в России появились при Петре I. Первый уличный маскарад прошёл в Петербурге в 1721 году – правда, не по случаю начала нового года, а в честь завершения Северной войны. Правила проведения карнавалов император составил лично, а ещё иногда он сам писал сценарии для праздников.
Участвовать в маскараде при дворе могли только приближённые к императору, остальных допускали на праздник только в качестве зрителей. Грандиозное действо могло длиться целую неделю, причём снимать костюмы и выходить из образов было запрещено. На карнавале в январе 1722 года в Москве по случаю заключения Ништадтского мира по улицам проехали шестьдесят саней и конных повозок, декорированных под парусники, галеры и турецкие фелюги. Среди наряженных придворных были Бахус на бочке, Нептун, восседающий в санях в виде гигантских раковин с морскими коньками, трубачи с литаврами и барабанами, испанки в гондолах, боярыни в расписных санях, голландские матросы и купцы, «страшные турки-янычары». Дамы и кавалеры надевали небольшие «маски-домино», которые закрывали только верхнюю часть лица.
При Елизавете Петровне маскарады стали называть метаморфозами, то есть превращениями. Женщины являлись на такие праздники в мужских костюмах – камзолах и панталонах, а мужчинам приходилось наряжаться в платья с корсетами.
При Екатерине II костюмированные праздники стали устраивать в канун Нового года. Императрица сохранила и приумножила традиции придворных маскарадов, а также ввела «конный маскарад» – участники должны были не только быть наряженными в интересный костюм, но и отлично держаться в седле. Придворные облачались в костюмы героев комедии дель арте, или комедии масок, – Арлекина, Пьеро, Коломбины. Сама императрица выходила в свет в платье русского фасона, которое состояло из двух частей: глухого неширокого нижнего платья с длинными рукавами и молдавана – верхнего распашного платья без рукавов. Этот стиль приглянулся модницам. Пресса писала: «Для балов в торжественные дни и для выездов носят дамы русские платья из тафты и из разных, как английских, так и французских, материй; рукава бывают одинакового цвета с юбкой; пояса носят по корсету, шитые шелками или каменьями, по приличию платья».
В XIX веке зимние праздничные балы обычно проводили в период с конца декабря по Масленицу. К маскараду тщательно готовились, а костюмы заказывали у лучших портных и художников.
У каждого бала, как правило, была тема. Например, в 1820–1830-х годах, когда в моду вошла готика, мужчины часто наряжались средневековыми рыцарями, а дамы перевоплощались в монахинь или копировали платья французских королев.
Ещё в XVIII веке в Российскую империю пришла мода на всё китайское. Новый стиль получил название «шинуазри», что дословно с французского переводится как «китайщина». Культура Поднебесной повлияла и на маскарадные костюмы.
Во второй половине XIX века карнавалы переносили гостей в эпоху барокко. Женщины заказывали платья инфант, как на портретах художника Диего Веласкеса, и костюмы в стиле Марии Стюарт – с пышными рукавами и большими воротниками. Также стало модным устраивать античные балы, куда гости приходили в туниках и сандалиях на древнегреческий манер.
При императоре Александре III стали популярны исторические балы в русском стиле. В магазине народного платья на Гороховой улице в Петербурге специально для бала a la russe можно было приобрести костюм «Калужанка» – расшитую русскую рубаху, шёлковую юбку с вышитым передником, зелёную бархатную безрукавку, обшитую мехом, а также обязательные красные сафьяновые сапоги.
На рубеже XIX и XX веков благодаря строительству Китайско-Восточной железной дороги вновь разгорелся интерес высшего света к восточным мотивам. Модницы переводили на шёлк китайские иероглифы и орнаменты, заказывали аутентичные веера.
Одним из первых в отечественную моду проник экзотический стиль «шинуазри», или «китайщина». Он пришел к нам в XVIII веке окольными путями – через Поднебесную во Францию и оттуда в елизаветинский Санкт-Петербург. В эпоху романтизма «шинуазри» продолжал волновать щёголей.
14 февраля 1837 года в Аничковом дворце устроили пышный маскарад, посвящённый Поднебесной. Император Николай I правдоподобно играл мандарина – в затейливом пёстром наряде и гриме его едва узнали даже приближённые. Супруга монарха выступала в роли Инспектрисы вееров, великая княгиня Елена Павловна – Инспектрисы зонтиков. Князь Борис Николаевич Юсупов был неотразим в драпировках далай-ламы, а Василий Андреевич Жуковский примерил маску философа Лао-цзы. Большинство костюмов сшили в мастерских Императорских театров.
В XIX веке в маскарадах участвовали и дети. Один из таких карнавальных образов запечатлел на картине «Дети в маскарадных костюмах» Борис Кустодиев: он изобразил собственных детей Ирину и Кирилла в костюмах дамы и кавалера рубежа XVII–XVIII веков. Платье и камзол для них сшила жена художника Юлия.
После революции Рождество и Новый год стали рабочими днями, обычай наряжать ёлку признали «поповским», а вместе с праздником исчезли и маскарадные костюмы.
Традиция устраивать костюмированные новогодние праздники возродилась только в 1935 году. В 1937 году в Колонном зале Дома Союзов установили первую в советской России публичную новогоднюю ёлку. И только спустя десять лет, в 1947 году, 1 января официально стало выходным днём. Возвращение Нового года в статусе всесоюзного праздника означало и возвращение новогодних костюмов. Правда, теперь в них наряжались по большей части дети – на утренниках в детских садах и школах, во дворцах пионеров и в театрах юного зрителя.
Костюмы шили сами родители. В ход шли всевозможные подручные материалы: марля, вата, занавески, поролон, битые ёлочные игрушки, бусинки, мишура и другие мелочи. Самыми популярными образами долгое время были мальчики-зайчики и девочки-снежинки.
Важным элементом многих костюмов были маски в виде привычных обезьянок, зайцев, лис, медведей, а также сказочных персонажей – например, Бабы-яги или Снегурочки, Чиполлино или доктора Айболита. Эскиз маски, которую потом тиражировали и продавали в магазинах, создавал художник, затем по рисунку делали гипсовый слепок, а он уже служил моделью для масок из папье-маше. Первые маски стали изготавливать после войны, над ними работали выпускники художественных университетов и училищ. Абсолютно гармонично традиции новогодних праздников с масками, нарядами, празднованиями перекочевали и в нашу действительность.
Современные модные бренды в преддверии новогодних праздников выпускают рождественские праздничные коллекции, украшают бутики новогодней атрибутикой и используют по максимуму и в кампейнах, и в дизайне самих коллекций исторический новогодний антураж. Это ёлки для сет-дизайна съёмок лукбуков, маски, ёлочные украшения, которые могут стать аксессуарами, или мишура, превращённая в платье, – неисчерпаемый простор для фантазии художников, дизайнеров, фотографов.
Модное до свидания, мои стильные Дорогие.